Реклама


стихи, сказки, пословицы и поговорки, рецепты и традиции

Суд Божий над Епископом (перевод баллады Р. Саути выполнен Василием Жуковским)

В 1783 году родился знаменитый русский поэт, критик и переводчик, один из основоположников русского романтизма, Василий Андреевич Жуковский. Он был незаконнорожденным сыном богатого помещика Бунина и пленной турчанки, и получил фамилию своего крестного отца, жившего в имении. Обедневший дворянин Андрей Иванович Жуковский впоследствии усыновил крестника. Жена Бунина также заботилась о мальчике, пыталась воспитать его как родного.
Для получения статуса дворянина Василий Андреевич был зачислен фиктивно в Астраханский гусарский полк и получил звание прапорщика. Так в возрасте 6 лет он получил грамоту на дворянское достоинство. С 14лет Василий Андреевич учился в Благородном пансионе при Московском университете и был одним из лучших учеников. В этом же возрасте появляются первые произведения будущего поэта. Первым опубликованным произведением автора стало стихотворение «Мыслями при гробнице», написанное в 1797 году. В 1802 году была опубликована первая переводческая работа Жуковского — элегия Томаса Грея «Сельское кладбище».
Женился поэт только в 1841 году, когда ему было 57 лет. Из-за болезни жены Жуковские переехали в Германию. Василий Андреевич каждый год собирался съездить в Россию, но так и не успел. Его не стало в 1852 году.

Сюжет произведения «Суд Божий над епископом» взят из одноименной баллады Роберта Саути.

Были и лето и осень дождливы;
Были потоплены пажити, нивы;
Хлеб на полях не созрел и пропал;
Сделался голод, народ умирал.

Но у епископа, милостью неба,
Полны амбары огромные хлеба;
Жито сберег прошлогоднее он:
Был осторожен епископ Гаттон.

Рвутся толпой и голодный и нищий
В двери епископа, требуя пищи;
Скуп и жесток был епископ Гаттон:
Общей бедою не тронулся он.

Слушать их вопли ему надоело;
Вот он решился на страшное дело:
Бедных из ближних и дальних сторон,
Слышно, скликает епископ Гаттон.

«Дожили мы до нежданного чуда:
Вынул епископ добро из-под спуда;
Бедных к себе на пирушку зовет»,-
Так говорил изумленный народ.

К сроку собралися званые гости,
Бледные, чахлые, кожа да кости;
Старый, огромный сарай отворен,
В нем угостит их епископ Гаттон.

Вот уж столпились под кровлей сарая
Все пришлецы из окружного края…
Как же их принял епископ Гаттон?
Был им сарай и с гостями сожжен.

Глядя епископ на пепел пожарный,
Думает: «Будут мне все благодарны;
Разом избавил я шуткой моей
Край наш голодный от жадных мышей».

В замок епископ к себе возвратился,
Ужинать сел, пировал, веселился,
Спал, как невинный, и снов не видал…
Правда! но боле с тех пор он не спал.

Утром он входит в покой, где висели
Предков портреты, и видит, что съели
Мыши его живописный портрет,
Так, что холстины и признака нет.

Он обомлел; он от страха чуть дышит…
Вдруг он чудесную ведомость слышит:
«Наша округа мышами полна,
В житницах съеден весь хлеб до зерна».

Вот и другое в ушах загремело:
«Бог на тебя за вчерашнее дело!
Крепкий твой замок, епископ Гаттон,
Мыши со всех осаждают сторон».

Ход был до Рейна от замка подземной;
В страхе епископ дорогою темной
К берегу выйти из замка спешит:
«В Рейнской башне спасусь»,- говорит.

Башня из рейнских вод подымалась;
Издали острым утесом казалась,
Грозно из пены торчащим, она;
Стены кругом ограждала волна.

В легкую лодку епископ садится;
К башне причалил, дверь запер и мчится
Вверх по гранитным крутым ступеням;
В страхе один затворился он там.

Стены из стали казалися слиты,
Были решетками окна забиты,
Ставни чугунные, каменный свод,
Дверью железною запертый вход.

Узник не знает, куда приютиться;
На пол, зажмурив глаза, он ложится…
Вдруг он испуган стенаньем глухим:
Вспыхнули ярко два глаза над ним.

Смотрит он… кошка сидит и мяучит;
Голос тот грешника давит и мучит;
Мечется кошка; невесело ей:
Чует она приближенье мышей.

Пал на колени епископ и криком
Бога зовет в исступлении диком.
Воет преступник… а мыши плывут…
Ближе и ближе… доплыли… ползут.

Вот уж ему в расстоянии близком
Слышно, как лезут с роптаньем и писком;
Слышно, как стену их лапки скребут;
Слышно, как камень их зубы грызут.

Вдруг ворвались неизбежные звери;
Сыплются градом сквозь окна, сквозь двери,
Спереди, сзади, с боков, с высоты…
Что тут, епископ, почувствовал ты?

Зубы об камни они навострили,
Грешнику в кости их жадно впустили,
Весь по суставам раздернут был он…
Так был наказан епископ Гаттон.

В этом стихотворении хлеб становится причиной разлада. Сюжет произведения достаточно прост, но стоит обратить внимание, что хлеб был основной пищей людей. Отсутствие зерна означало голод и смерть.

(опубликовано 148 статей)    2  комментария

Хлеб и железо (стихотворение Дмитрия Кедрина)

Русский поэт и переводчик, Дмитрий Борисович Кедрин жил в 1907-1945 годах. Его…    Читать дальше

Тихо встала рожь на цыпочки… (автор — Янина Дягутите)

Автор стихотворения — Янина Дягутите. Эта известная литовская поэтесса жила в 1928-1990…    Читать дальше

Всем хлеба! (стихотворение Алексея Жемчужникова)

Русский поэт сатирик и юморист, Алексей Михайлович Жемчужников родился в феврале 1821…    Читать дальше

Текущее голосование:

Освящаете ли вы пасхальную корзину?

Результаты

Свежие статьи:

Лента комментариев